Алхимия цветных стекол

Немного об алхимических символах

Алхимия цветных стекол

Алхимические символы были созданы для обозначения химических элементов, различных процессов (реакций), стихий, а также других объектов. Изучать их весьма занимательно, тем более что многие сохранились до наших дней и весьма успешно функционируют.

Основные символы

Алхимических знаков было более тысячи, причем некоторые элементы обозначались по-разному. А бывало такое, что одним или похожим знаком обозначали разные вещества. Все знаки записывались от руки, поэтому существуют разные варианты написания.

Алхимики выделяли три основные субстанции: земля, вода, воздух, огонь. Обозначали их треугольниками.

Парацельс выделял три основных символа: соль (Солнце, материя), ртуть (Меркурий, жидкость) и сера (Сульфур, дух жизни).

Для современно человека связь этих элементов довольно сомнительная. Но у людей средневековья были свои ценности и представления о мире.

Основные металлы в алхимии связывают с планетами. Планета управляет определенным элементом.

Солнце – золото

Луна – серебро

Венера – медь

Марс – железо

Юпитер – олово

Меркурий – ртуть

Сатурн – свинец

Надо заметить, что Солнце тогда тоже причисляли к планетам, а о существовании Урана, Нептуна и Плутона не подозревали, поэтому этим трем планетам не соответствует никакой металл. Правда, современны алхимики (и такие есть) не растерялись, и присвоили им открытые в 20 веке элементы с соответствующими названиями (уран, нептуний, плутоний).

Современное изображение стихий как искусство

Только на первый взгляд все эти взаимосвязи кажутся случайными. На самом деле у каждой есть своя история появления.

Так древние греки считали, что богиня Венера появилась из пены на берегу Кипра. А там были богатые месторождения меди. И символ Венеры, перекочевавший в средневековье, стал ассоциироваться с медью.

Само же обозначение зеркала Венеры (по одной из версий) известно еще со времен Древнего Египта, и было символом жизни.

Знак Марса ассоциируется со щитом и мечом (копьем) бога войны, который в свою очередь всегда был связан с железом (из него ковали оружие).

Что интересно, великий Карл Линней первый начал использовать знаки Венеры и Марса для обозначения пола растений в середине 18 века.

Одна из версий происхождения символа Юпитера – объединение молнии и креста, причем молния постепенно преобразовалась в скипетр. Юпитер можно наблюдать на небе невооруженным глазом, что и делали наши предки. Его связывали с могучим верховным богом разные народы, поэтому обозначения могут иметь и другой смысл.

Основой для обозначения Нептуна стал трезубец, а для Плутона придумали знак, похожий на трезубец, но на место среднего острия поместили круг.

Изучая символы, наткнулась на историю о том, как придумали имя Плутону. Оказывается, имя предложила девочка Венеция Берни, которая интересовалась мифологией. Узнав от дедушки, что новой планете ищут название, она посчитала, что для такого холодного и отдаленного объекта вполне подойдет имя древнеримского бога подземного царства.

Многие символы придумывали специально, используя сочетание уже известных. Английский алхимик и математик Джон Ди разработал систему обозначений, которая называется – иероглифическая монада.

Она включает в себя ряд глифов – единиц графики для обозначения тех или иных процессов, элементов. Пример глифов – астрологические знаки.

Глифом может быть буква или часть буквы, знак пунктуации, пиктограмма.

В 1803 году Джон Дальтон предложил систематизировать обозначения химических элементов, потому что ученые уже просто не могли терпеть эту путаницу. Обозначения Дальтона вполне понятные, но они не прижились и были заменены на первые буквы названия каждого элемента.

Так шаг за шагом незаметно творится история, появляются новые имена, обозначения, символы, меняются значения и трактовки.

Алхимические процессы

Для алхимических процессов тоже есть свои обозначения. Каждым процессом управляет знак зодиака.

Окисление, прокаливание – овен

Застывание (коагуляция) – телец

Фиксация – близнецы

Растворение – рак

Разложение путём пищеварения/прогревания – лев

Сепарация посредством дистилляции – дева

Сублимация – весы

Фильтрация – скорпион

Размягчение – стрелец

Ферментация – козерог

Соединение умножением – водолей

Соединение проецированием – рыбы.

Таким образом, алхимия и астрология были тесно связаны.

Философский камень

Философский камень, он же жизненный эликсир, тоже имел обозначение. Он был загадочным пятым элементом, необходимым для превращения любого металла в золото или для создания эликсира вечной молодости.

Философский камень обозначали змеей, свернувшейся в кольцо и зажимающей в пасти свой хвост. Это змея или дракон Уроборос – один из древнейших символов, нашедший особенную трактовку у психоаналитиков. Есть и другие обозначения: лев, глотающий солнце, и ребис – единение мужского и женского, образовавшееся в результате соединения серы и ртути.

В «Розарии философов» – алхимическом трактате 1550 года приведен ряд иллюстраций, изображающих различные процессы. Есть среди них и зеленый лев, пожирающий солнце. Одно из объяснений картинки – лев растворяет золото, идет процесс ферментации (философский меркурий). Многие видели во льве начальную материю, необходимую для получения философского камня.

Трактовка некоторых картинок усложняется тем, что алхимики часто все сами зашифровывали и запутывали, держа результаты своих исследований в тайне. Некоторые знаки изменили свое значение, другие исчезли, но многими мы пользуемся по сей день.

Красильщики луны, философы огня: 10 мифов об алхимии

Алхимия цветных стекол

Алхимия с точки зрения современного человека — недохимия, возникшая в темные времена из-за нехватки научных знаний и точных методов. Однако это примитивный и в корне неверный взгляд на вещи: на самом деле речь идет о серьезной духовной практике, целью которой было внутреннее преображение человека, а не добыча материальных благ.

На язык просится вульгарное слово «самосовершенствование», давно лишившееся всякого смысла, но адепты-алхимики именно что совершенствовали себя, пытаясь с помощью сложных операций и медитаций приблизиться к Богу и познанию тайн мира, а отнюдь не разбогатеть или сделать шажок по карьерной лестнице (хотя с карьерой у многих из них все было в порядке, см. ниже).

Создание золота для настоящего алхимика самоцелью быть не может — это всего лишь малая часть большого целого, побочный продукт многолетних духовных упражнений, молитв и медитаций, а алхимические операции — своего рода символический язык, позволяющий воссоздать в лаборатории то, что происходило с миром, когда Бог создавал его из хаоса.

С помощью ремесленного усердия и аскезы алхимики стремились вернуться в состояние, предшествовавшее грехопадению Адама и Евы, и вновь обрести утраченный Золотой век, то есть, по сути, достичь бессмертия.

Звучит амбициозно, но не так уж бессмысленно, если вспомнить, например, на что мы с вами ежедневно тратим немало времени в так называемых социальных сетях.

«Алхимик», Петер Брейгель-мл

Кстати, знаменитый философский камень алхимики, конечно, тоже искали и возлагали на него немало надежд. В «Книге о Святой Троице», безымянном алхимическом трактате XV века, сказано: «Философский камень, если положить его на ладонь, становится невидимым.

Если же зашить его в тонкое белье, плотно обтягивающее тело, чтобы камень лучше согревался, то можно будет как угодно высоко подняться в воздух. Чтобы спуститься, надо лишь слегка ослабить прилегание белья к телу».

Надо думать, со старением и смертью такая штука тоже справилась бы весьма неплохо.

Ну и, конечно, алхимию не случайно называют именно искусством — в этом легко убедиться, полистав практически любой алхимический трактат:

«Чтобы приготовить эликсир мудрецов, или философский камень, возьми, сын мой, философской ртути и накаливай, пока она не превратится в зеленого льва. После этого прокаливай сильнее, и она превратится в красного льва.

Дигерируй этого красного льва на песчаной бане с кислым виноградным спиртом, выпари жидкость, и ртуть превратится в камедеобразное вещество, которое можно резать ножом. Положи его в обмазанную глиной реторту и не спеша дистиллируй. Собери отдельно жидкости различной природы, которые появятся при этом.

Ты получишь безвкусную флегму, спирт и красные капли. Киммерийские тени покроют реторту своим темным покрывалом, и ты найдешь внутри нее истинного дракона, потому что он пожирает свой хвост. Возьми этого черного дракона, разотри на камне и прикоснись к нему раскаленным углем.

Он загорится и, приняв вскоре великолепный лимонный цвет, вновь воспроизведет зеленого льва. Сделай так, чтобы он пожрал свой хвост, и снова дистиллируй продукт. Наконец, мой сын, тщательно ректифицируй, и ты увидишь появление горючей воды и человеческой крови».

Разумеется, непосвященному разобраться в таком сложном символическом тексте было практически не под силу: требовался сведущий наставник и годы учения.

Алхимия расцвела в Александрии, а ее изобретение приписывалось богу Гермесу Трисмегисту, автору «Изумрудной скрижали», в которой сообщается приблизительно следующее: «То, что внизу, подобно тому, что вверху, а то, что вверху, подобно тому, что внизу.

И все это только для того, чтобы совершить чудо одного-единственного» (и так далее, причем чем дальше, тем увлекательнее — всячески рекомендуем выходивший на русском языке и очень компетентно подготовленный сборник «Высокий герметизм»).

Большинство исследователей сходятся во мнении, что этот текст и другие трактаты так называемого «герметического корпуса» были написаны александрийскими адептами в IV веке на греческом языке.

Из Александрии алхимия проникла в Византийскую империю, а средневековый Запад узнал о ней благодаря захватившим Египет арабам: труды мусульманских алхимиков начали переводиться на латынь уже в X веке, да и само слово «алхимия», судя по всему, арабского происхождения (хотя на этот счет есть и другие мнения). Одним словом, алхимическое искусство так или иначе возникло на перекрестке восточной и западной культур.

Отдельно отметим, что в Китае была своя отдельная алхимическая традиция с даосизмом, энергией Ци и т. п. — почитать о ней можно, например, в работах синолога и буддолога Евгения Торчинова, там довольно много интересного.

О ранней истории алхимии мы коротко сказали выше, однако и после Средневековья она по-прежнему прекрасно себя чувствовала.

Знаменитый швейцарский алхимик Парацельс (настоящее его имя было смешное: Филипп Ауреол Теофраст Бомбаст фон Гогенгейм) — человек эпохи Ренессанса, а в эту эпоху алхимическое искусство расцвело с новой силой, поскольку в культурный оборот было введено огромное множество прежде недоступных европейцам текстов (например, сочинений Платона и Плотина они прежде по сути в глаза не видели). Алхимической символикой и идеями пронизано искусство эпохи барокко (на эту тему можно почитать, например, что-нибудь о барочной эмблематике), и даже Исаак Ньютон (1642–1727) посвятил алхимии около тридцати лет своей жизни (правда, его современники об этом понятия не имели: ни одной соответствующей работы Ньютон так и не опубликовал, а огромный архив его рукописей религиозного и алхимического содержания обнаружили только в тридцатых годах прошлого века), но и он, конечно, был далеко не последним.

Ничего подобного: одним из первых алхимиков (если не первым) была Мария Пророчица, которая жила не то в I, не то в III в. н. э.

О ней упоминает в своих трудах другой алхимик и по совместительству христианский гностик IV века Зосим Панополит, но дошедшие до нас сведения о ней мягко говоря не самые точные: один византийский историк VIII века сообщает, что Мария обучала Демокрита во времена Перикла — ну да, конечно (арабы вообще называли ее «дочерью Платона», но, видимо, в переносном алхимическом смысле). Не исключено, что именно Мария основала александрийскую алхимическую школу. Труды ее канули в Лету, сохранились только разрозненные цитаты в текстах других авторов, из которых следует, что она придумала ряд алхимических процессов и аппаратов, в том числе хорошо всем известную водяную баню — один автор XIV века даже называет ее «баней Марии». Память людская коротка, и мы часто понятия не имеем, кто придумал ту или иную полезную вещь, и особенно постыдно это в случае незаурядной женщины, которая умела делать золото из корня мандрагоры.

Отнюдь. Первый великий западный алхимик, монах Герберт, в 999 году стал папой римским, приняв имя Сильвестра II. Алхимией занимались как крупные церковные сановники, так и представители рядового духовенства, во многих монастырях устраивались лаборатории прямо в кельях.

Алхимиками были самый знаменитый мусульманский врач Средневековья Авиценна, знатный итальянец Бернар Тревизан, маркграф Тревизанский, представитель крупной французской буржуазии Жан де ла Фонтен.

Или, скажем, легендарный Николя Фламель — он был незнатного происхождения, но отщепенцем его тоже не назовешь.

Более того, алхимию невозможно назвать даже предшественницей более позднего вольнодумства: практиковавшие ее люди отличались крайней набожностью и нередко носили церковный сан — они стремились как можно глубже проникнуть в божественный замысел, а не списать его со счетов.

Современные историки науки убедительно доказывают, что различия между алхимией и химией были настолько радикальными, что говорить о какой-либо преемственности между ними сложно. Это два разных мира: если химия стремится к содержательным результатам, то алхимия доискивалась первопричин и не была квазинаукой, поскольку результаты ее не обрабатывались математически.

Алхимическое Великое Деланье, как называли свой труд сами адепты, похоже скорее на священный акт, и его уместнее сравнивать с церковной мессой, чем с работой в современной химической лаборатории. По сути, речь идет о двух совершенно несовместимых взглядах на мир.

Впрочем, это не отменяет того факта, что именно алхимики мимоходом открыли кучу важных веществ — мышьяк, соляную кислоту, сурьму и т. д.

«Дама, посещающая алхимика в его лаборатории», Ян Йозеф Хореманс-мл

Вадим Рабинович в известной книге «Алхимия как феномен средневековой культуры» писал: «Всмотримся пристальней: алхимический инструментарий — колбы, бани, печи, горелки; специально изготовленные вещества для химических взаимодействий; обработка веществ — растворение, фильтрация, перегонка. Не химия ли это? Может быть, и химия. Но какая-то дремучая, неудобная, когда ртуть и сера — это не только вещества, но и бесплотные принципы; когда газ — это не только нечто воздухоподобное, но и некий дух, таинственный, потусторонний. Верно: отдельные практические достижения алхимиков (разделение, осаждение, очистка веществ, установление их свойств) можно „экстрагировать“ из эпохи и как бы включить в предысторию нынешней химии. Так, впрочем, и поступают иные историки науки, но тогда многое остается в „маточном растворе“ алхимии».

Нет, лаборатории у адептов этого высокого искусства были относительно простыми и напоминали скорее мастерскую ремесленника, чем жуть из дешевого современного фильма — такое, впрочем, тоже встречалось, но только у профанов, не знавших, как подступиться к делу, но мечтавших поскорее заполучить гору дармового золота. Настоящие алхимики называли таких людей «суфлерами» и дико презирали.

https://www.youtube.com/watch?v=E2czdbRZHsw

Специалист по средневековой алхимии Серж Ютен пишет: «Лаборатории встречались повсюду: как в замках и дворцах, так и в домах простых горожан и даже жалких хижинах, в церковных приходах и монастырях, в городе и деревне.

Лаборатория, как правило, была тесной и темной и в обязательном порядке имела трубу или дымоход для отвода выделявшихся газов и дыма. Нередко это была подземная конура, но могли использоваться и старая кухня, и даже специально обустроенная комната, занимавшая (что случалось редко) целый этаж».

Конечно же нет: алхимия — почтенная традиция, основанная на сложных духовных практиках, и в свое время ей уделяли немало внимания такие разные люди, как, скажем, психоаналитик Карл Густав Юнг, автор книги «Психология и алхимия» (о научной состоятельности его сомнительных разработок мы оставляем судить специалистам, но сам факт примечательный); Антонен Арто, писатель, поэт, драматург, актер, теоретик «театра жестокости» и т.д. (в статье «Алхимический театр» он писал: «Между принципами театра и первоосновами алхимии существует загадочное тождество сущности. Дело в том, что театр, как и алхимия, если рассматривать его принципы и тайные пружины, покоится на нескольких основаниях, остающихся одними и теми же для всех искусств, — основаниях, которые в области духа и воображения направлены на достижение той же эффективности, что в области реального позволяет действительно делать золото»); алхимические мотивы можно обнаружить в творчестве писателей-романтиков — например, у Эдгара Аллана По и Жерара де Нерваля, а также у более поздних литераторов вроде Артюра Рембо.

Ничего подобного, в современном исследовательском ядерном центре вполне можно превратить свинец в золото.

Другое дело, что золото это будет немыслимо дорогим, а для разложения ядерной структуры вещества потребуется колоссальный источник энергии — и что, и зачем? Конечно, это нереально было проделать в Средние века ремесленными методами: если бы алхимику удалось осуществить такую операцию, скажем, с помощью молнии, то он сразу получил бы смертельную дозу радиации, и не видать ему тогда Золотого века, как своих ушей. Но, повторимся, трансмутация была скорее символом того, что все в мире взаимосвязано и превращается друг в друга. То, что из всего корпуса алхимических текстов современная культура усвоила только только «волшебное превращение» в дорогой металл, больше говорит о наших современниках, чем об алхимиках.

Еще как бывают — хотя и специфические.

Известный поэт и переводчик Евгений Головин не только писал стихи про эсэсовцев и встречался с кикиморой, но и считал себя алхимиком в полном смысле этого слова, хотя и не закупался, насколько нам известно, реагентами, пробирками и спиртовками. Зато он неоднократно выступал с лекциями на разные алхимические темы: понять из них что-либо практически невозможно, но смотреть их, слушать и читать все равно очень интересно.

«Алхимик должен обитать вдали от людей, в собственном доме, в котором должны быть две или три комнаты, предназначенные исключительно для занятий сублимацией, растворением и дистилляцией.

Алхимик должен быть молчаливым и скромным. Он не должен никому открывать результаты своих операций. Он должен жить в уединении, вдали от людей.

Он должен выбирать для своих операций подходящее время — иначе говоря, ему следует удостовериться, благоприятно ли расположение звезд на небе.

Он должен быть терпеливым и упорным.

Он должен действовать сообразно правилам: растирание, сублимация, фиксация, кальцинация, растворение, дистилляция и коагуляция.

Он должен использовать в своей работе только сосуды из стекла и керамики, покрытой глазурью.

Он должен быть достаточно богатым, дабы иметь возможность покрывать расходы, связанные с проведением работ.

И, наконец, он должен избегать всяческих контактов с князьями и правителями».

Поделиться:
Нет комментариев

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Все поля обязательны для заполнения.